• Как правильно управлять финансами своего бизнеса, если вы не специалист в области финансового анализа - Финансовый анализ

    Финансовый менеджмент - финансовые отношения между суъектами, управление финасами на разных уровнях, управление портфелем ценных бумаг, приемы управления движением финансовых ресурсов - вот далеко не полный перечень предмета "Финансовый менеджмент"

    Поговорим о том, что же такое коучинг? Одни считают, что это буржуйский брэнд, другие что прорыв с современном бизнессе. Коучинг - это свод правил для удачного ведения бизнесса, а также умение правильно распоряжаться этими правилами

11.3. Философия техники Х. Ортеги-и-Гассета: техника как производство избыточного

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 

Философские воззрения испанского, публициста, общественного деятеля и философа Хосе Ортеги-и-Гассета (1883–1955) сложились под влиянием концепций марбургской школы. Решающую роль в этом сыграли идеи Германа Когена (1842–1918), Пауля Наторпа (1854–1924), Эрнста Кассирера (1874–1945), Николая Гартмана (1882–1950). Целью марбургской школы был анализ философских категорий, концепций этического социализма. Ортега-и-Гассет увлекался тезисом о самополагании познающего субъекта в процессе развития культуры. Положительно относился к теории переживания духовного опыта как вслушивания в жизнь (М. Хайдеггер), был озабочен проблемой разобщенности творцов культуры и ее «потребителей», негативными результатами культуры, проявляющимися в виде социальной дезориентации в системе «массового общества». Его перу принадлежит книга «Размышления о технике» (1933).

Рассматривая жизнь как «потребность потребностей» Ортега-и-Гассет выступал в защиту автономности личности в ее отношении к собственной судьбе как репертуару жизненного действия. В этом своеобразном списке находятся как естественные, органические, биологические потребности, так и действия, удовлетворяющие эти потребности. По сути, в этом ассортименте и для животных, и для человека все едино. Разница, однако, состоит в том, что человек предпринимает определенные действия – он сам производит то, чего нет в природе. В этом состоит его репертуар. Но это не самое главное его действие: освободившись от дефицита витальных потребностей, человек имеет возможность расширить круг своих потребностей, т.е. расширить репертуар. Из этого свойства человеческой натуры автор делает вывод о противоречивости человеческих потребностей. Репертуар потребностей человека не совпадает с меню витальных потребностей. Это наличное его желание действовать по второму (расширенному) репертуару и составляет то, что называется деятельностью по преобразованию природы. С целью удовлетворения своих потребностей, в угоду им человек навязывает природе свои желания, если она еще не готова послужить им. В этом услужении Ортега-и-Гассет наблюдает, как сама природа преобразуется. Она предъявляет человеку требования в виде естественных нужд. Человек на них отвечает тем, что навязывает ей изменения, преобразовывает ее с помощью техники. Осуществляя это преобразовывание, техника поддерживает человеческое желание. И эта связь, соединяющая природу с человеком и наоборот, есть некий посредник – сверхприрода, надстроенная над «первой» природой.

Животному его собственная природа предзадана. Оно существо нетехническое – именно из-за отсутствия в нем активного начала. Человек же благодаря природному техническому дару творит недостающее, создает новые обстоятельства, приспосабливая природу к своим нуждам. Человек и техника сливаются. Технические действия предназначены для того, чтобы, во-первых, что-то изобрести, во-вторых, обеспечить условия, в-третьих, создать новые возможности. Задача техники – совершать усилия ради сбережения усилий. По мнению автора, именно тогда у человека возникает проблема, как распорядиться освободившимся временем после преодоления им той животной жизни. Благодаря технике человеческая жизнь выходит за рамки природы, человек ослабляет свою зависимость от природы. Но перед ним возникает новая проблема: как жить дальше!? На этот вопрос Ортега-и-Гассет отвечает так. Реальность состоит в том, что мир одновременно и предоставляет человеку удобства, и чинит ему препятствия. Именно в таком мире пребывает человек; его существование окружено и удобствами, и трудностями. Именно это придает человеческому бытию онтологический смысл. Человеку предначертано быть существом «сверхъестественным» и одновременно естественным – онтологический кентавр!

Таким образом, человеческое «Я» – это непрерывное стремление реализовать определенный проект, программу существования, включающую то, чего еще нет, а также то, что мы должны для себя создать. Обстоятельства даны человеку как «сырье» и механизм. Человек-техник пытается обнаружить в мире скрытое устройство, потребное для его жизни. Для автора жизненная программа имеет не техническое, т.е. дотехническое происхождение. Ее корни уходят вглубь, в эпоху дотехнического изобретения. Следовательно, вероятность технократии является крайне низкой: человек-техник по определению не может управлять, быть высшей инстанцией, его роль второстепенна. Техника предполагает наличие, с одной стороны, существа, у которого есть желание, но еще нет проекта, замысла, программы, а с другой стороны, наличие связи между развитием техники и способом бытия человека. В этом контексте Ортега-де-Гассет рассматривает индийского бодхисатву, испанского идальго и английского джентльмена образца 1950-х гг. Бодхисатва сводит свои материальные потребности к минимуму и к технике безразличен. Активен только английский джентльмен, который стремится жить в подлинном мире максимально насыщенной жизнью. В описании автора джентльмен уверен в себе, честен, ему свойственны чувство справедливости, искренность, самообладание, ясное понимание своих прав и прав других, а также и своих обязанностей по отношению к другим. Подобный анализ был нужен для того, чтобы определить периодизацию истории техники, где существенны взаимоотношения человека к человеку и человека к технике. Автор выделяет три значительных этапа в историческом развитии техники:

1) техника случая — это исторически первая форма существования техники, присущая первобытному обществу и характерная для доисторического человека. Она отличается простотой и скудостью исполнения и крайней ограниченностью технических действий (об этом писали Л. Нуаре, и др.);

2) техника ремесла – это техника Древней Греции, доимператорского Рима, европейского Средневековья. В этот период существенно расширяется набор технических действий, усвоение которых требует специальной выучки, а занятие технической деятельностью становится профессией и передается по наследству;

3) техника человека-техника – это машинная техника с техническими устройствами, которая берет свое начало со второй половины XVIII в., когда был изобретен механический ткацкий станок Эдмунда Картрайта (1743).

Машина существенно меняет отношения между человеком и орудием. «Работает» машина, а человек ее обслуживает. Он придаток машины. Побочным явлением этого процесса становятся «кризис желаний», бездуховность. Ортега-и-Гассет свое учение называет рационализмом, хотя он близок к экзистенциализму.

Философские воззрения испанского, публициста, общественного деятеля и философа Хосе Ортеги-и-Гассета (1883–1955) сложились под влиянием концепций марбургской школы. Решающую роль в этом сыграли идеи Германа Когена (1842–1918), Пауля Наторпа (1854–1924), Эрнста Кассирера (1874–1945), Николая Гартмана (1882–1950). Целью марбургской школы был анализ философских категорий, концепций этического социализма. Ортега-и-Гассет увлекался тезисом о самополагании познающего субъекта в процессе развития культуры. Положительно относился к теории переживания духовного опыта как вслушивания в жизнь (М. Хайдеггер), был озабочен проблемой разобщенности творцов культуры и ее «потребителей», негативными результатами культуры, проявляющимися в виде социальной дезориентации в системе «массового общества». Его перу принадлежит книга «Размышления о технике» (1933).

Рассматривая жизнь как «потребность потребностей» Ортега-и-Гассет выступал в защиту автономности личности в ее отношении к собственной судьбе как репертуару жизненного действия. В этом своеобразном списке находятся как естественные, органические, биологические потребности, так и действия, удовлетворяющие эти потребности. По сути, в этом ассортименте и для животных, и для человека все едино. Разница, однако, состоит в том, что человек предпринимает определенные действия – он сам производит то, чего нет в природе. В этом состоит его репертуар. Но это не самое главное его действие: освободившись от дефицита витальных потребностей, человек имеет возможность расширить круг своих потребностей, т.е. расширить репертуар. Из этого свойства человеческой натуры автор делает вывод о противоречивости человеческих потребностей. Репертуар потребностей человека не совпадает с меню витальных потребностей. Это наличное его желание действовать по второму (расширенному) репертуару и составляет то, что называется деятельностью по преобразованию природы. С целью удовлетворения своих потребностей, в угоду им человек навязывает природе свои желания, если она еще не готова послужить им. В этом услужении Ортега-и-Гассет наблюдает, как сама природа преобразуется. Она предъявляет человеку требования в виде естественных нужд. Человек на них отвечает тем, что навязывает ей изменения, преобразовывает ее с помощью техники. Осуществляя это преобразовывание, техника поддерживает человеческое желание. И эта связь, соединяющая природу с человеком и наоборот, есть некий посредник – сверхприрода, надстроенная над «первой» природой.

Животному его собственная природа предзадана. Оно существо нетехническое – именно из-за отсутствия в нем активного начала. Человек же благодаря природному техническому дару творит недостающее, создает новые обстоятельства, приспосабливая природу к своим нуждам. Человек и техника сливаются. Технические действия предназначены для того, чтобы, во-первых, что-то изобрести, во-вторых, обеспечить условия, в-третьих, создать новые возможности. Задача техники – совершать усилия ради сбережения усилий. По мнению автора, именно тогда у человека возникает проблема, как распорядиться освободившимся временем после преодоления им той животной жизни. Благодаря технике человеческая жизнь выходит за рамки природы, человек ослабляет свою зависимость от природы. Но перед ним возникает новая проблема: как жить дальше!? На этот вопрос Ортега-и-Гассет отвечает так. Реальность состоит в том, что мир одновременно и предоставляет человеку удобства, и чинит ему препятствия. Именно в таком мире пребывает человек; его существование окружено и удобствами, и трудностями. Именно это придает человеческому бытию онтологический смысл. Человеку предначертано быть существом «сверхъестественным» и одновременно естественным – онтологический кентавр!

Таким образом, человеческое «Я» – это непрерывное стремление реализовать определенный проект, программу существования, включающую то, чего еще нет, а также то, что мы должны для себя создать. Обстоятельства даны человеку как «сырье» и механизм. Человек-техник пытается обнаружить в мире скрытое устройство, потребное для его жизни. Для автора жизненная программа имеет не техническое, т.е. дотехническое происхождение. Ее корни уходят вглубь, в эпоху дотехнического изобретения. Следовательно, вероятность технократии является крайне низкой: человек-техник по определению не может управлять, быть высшей инстанцией, его роль второстепенна. Техника предполагает наличие, с одной стороны, существа, у которого есть желание, но еще нет проекта, замысла, программы, а с другой стороны, наличие связи между развитием техники и способом бытия человека. В этом контексте Ортега-де-Гассет рассматривает индийского бодхисатву, испанского идальго и английского джентльмена образца 1950-х гг. Бодхисатва сводит свои материальные потребности к минимуму и к технике безразличен. Активен только английский джентльмен, который стремится жить в подлинном мире максимально насыщенной жизнью. В описании автора джентльмен уверен в себе, честен, ему свойственны чувство справедливости, искренность, самообладание, ясное понимание своих прав и прав других, а также и своих обязанностей по отношению к другим. Подобный анализ был нужен для того, чтобы определить периодизацию истории техники, где существенны взаимоотношения человека к человеку и человека к технике. Автор выделяет три значительных этапа в историческом развитии техники:

1) техника случая — это исторически первая форма существования техники, присущая первобытному обществу и характерная для доисторического человека. Она отличается простотой и скудостью исполнения и крайней ограниченностью технических действий (об этом писали Л. Нуаре, и др.);

2) техника ремесла – это техника Древней Греции, доимператорского Рима, европейского Средневековья. В этот период существенно расширяется набор технических действий, усвоение которых требует специальной выучки, а занятие технической деятельностью становится профессией и передается по наследству;

3) техника человека-техника – это машинная техника с техническими устройствами, которая берет свое начало со второй половины XVIII в., когда был изобретен механический ткацкий станок Эдмунда Картрайта (1743).

Машина существенно меняет отношения между человеком и орудием. «Работает» машина, а человек ее обслуживает. Он придаток машины. Побочным явлением этого процесса становятся «кризис желаний», бездуховность. Ортега-и-Гассет свое учение называет рационализмом, хотя он близок к экзистенциализму.